Подходящая почва для вызревания идеи культуры возникает в эпоху Возрождения. Происходит встреча и скрещивание идей и тем, до тех пор несовместимых: античной идеи человеческой гармонии (каллокагатии, humanitas), его «микрокосмизации» и христианской темы творения. Встречаются две разноприродные, никогда ранее не встречавшихся темы. Творение, его неадекватные аналоги в язычестве человек всегда относил к миру сверхъестественного и сакрального, посягая лишь на собственное гармоническое устроение. Только ренессансный человек решился отнести творчество к человеку, помыслить его условием собственного гармонического устроения. Тысячелетия человек знал, что гармонии космоса предшествуют созидающие ее импульсы бытийствующего ничто, хаоса. Теперь он выключил себя из космического целого, обрел это целое в самом себе и увидел в мире нечто, еще подлежащее космизации.
Когда оформлялась идея культуры, европейский человек сознавал, что он творец не совсем в том смысле, в каком им является Бог. Бог творил мир из ничто. Человек — ничто, творящее себя и мир из природы. Он преобразует природную данность, сам будучи ничем, сжатым до точки сгустком и импульсом преобразующей энергии. По-своему дикая, но властная в течение столетий мысль.
Если человек из своего ничто преобразует и гармонически устрояет универсум, это означает, что мир антропоцентричен, а человек самонаправлен. Очень характерно и уж никак не случайно, что мотив самонаправленности человека пронизывает и одушевляет И. Г, Гердера, чья работа «Идеи к философии истории человечества» впервые оформила идею культуры, сделала ее из мироощущения концептуальным построением. Наверное, каждый встречался и, конечно, еще не раз встретится со множеством формулировок и характеристик культуры, но вот перед нами формулировки тем более важные и характерные, что они первоначальны. В них, пускай и непривычными словами, сказано самое главное, причем в еще не разорванной и просматривающейся связи с предшествующими теме культуры основными мировоззренческими ориентациями европейского человечества.