«Куда бы ни заходил на широких просторах истории человеческий разум, он ищет только самого себя и обретает только себя самого. Чем больше чистой истины и человеколюбия встретил он в своих странствованиях, тем прочнее, полезнее, прекраснее будут его творения и тем скорее согласятся с их правилами умы и сердца всех людей во все времена истории». 2
«Вся прошлая деятельность человеческого духа по внутренней своей природе была изысканием средств, как глубже обосновать и шире распространить гуманный дух и культуру человеческого рода».3По Гердеру, человек, человечество — высшая и последняя цель для самого себя. Процесс достижения этой цели состоит в очеловечевании или гуманизации человека. Гуманизация и культура у Гердера совпадают, они тождественны по самому своему существу. Конечно, когда мы слышим слово «гуманность», рнр звучит для нас слишком мечтательно и чувствительно. Но в своем подлинном смысле за гуманностью стоит не столько оценка, восхваление и умиление, сколько констатация соответствия человека своей собственной природе, своему назначению быть для самого себя всем, ничего кроме себя не ведать в качестве обладающего самостоятельной ценностью и смыслом.
В «Идеях к философии истории человечества» Гердер проговорил самое главное: с позиций культуры процесс развития всецело имманентен, человек обладает высшим и самостоятельным смыслом и наделяет им все. с чем он соприкасается. Ничего не меняет и то обстоятельство, что немецкий мыслитель по-своему религиозен. Религия у него без остатка растворяется в культуре. Ей принадлежит самое почетное место, она есть «высшая гуманность человека». Важнее, однако, то, что для Гердера в религии нет ничего такого, что бы не было культурой, все, что бы он ни говорил о религии, говорится о ней как о культуре и только о культуре: «Религия — это упражнение сердца и самое чистое направление способностей и сил человека… наиглубочайшая удовлетворенность, наидеятельнейшая доброта и человеколюбие» 4.