Июль 2000

Мир живых личностей

17.07.2000

Водя в предмете с позиций культуры существенна запечатдеииость человеческой уникаль­ности, то мир культуры — это мир не мертвых вещей, а живых личностей, индивидуальностей. Отдавая или не отдавая себе в атом отчет, мы подходим к явлению культуры с вопросом, кто это, какая душа воплотилась в этом предмете, а вовсе не что это такое. В качестве культуры важна не предметная реальность сама по себе, а тот, от кого она производив. Предметность тем самым ука­зывает не на самое себя, а на того, кто себя в ней опредметил.

Распредмечивание (развоплощение) представляет собой превращение внешней реальности (предметности) во внутренний мир человека, расширение и углубление внутреннего мира человека до внутреннего мира, воплотившего себя в предметной реальности творца. Распредмечивание — это еще и самосозидание, когда из внешней реальности созидается внутренний мир человека. Распредмечивание (развоплощение) в противоположность опредмечиванию представляет собой превращение внешней реальности (предметности) во внутренний мир человека. Скажем, читаемая книга или рассматриваемая картина только по видимости сохраняют свою предметную форму. В действительности в процессе чтения или рассматривания они становятся еще и образами, представлениями, понятиями, актуализирующимися в душе читателя или зрителя. Строго говоря, и книга, и картина существуют в качестве книги и картины только тогда, когда они читаются и рассматриваются. В противном случае они ничем не отличаются от чисто природной реальности. Иными словами вне распредмечивания предметная реальность культуры теряет свое собственно культурное качество. Поэтому всякое опредмечивание заведомо предполагает распредмечивающую деятельность, одно переходит в другое, довершаясь в нем. Вместе же они образуют целое культуры.

И опредмечивание и распредмечивание в явном или скрытом виде представляют собой об­щение, коммуникацию. Нечто создавая, придавая ему предметную форму, человек не просто ос­вобождается от тяжести переполняющих его образов и идей, разрешается от бремени, он посыла­ет весть, дает о себе знать, вступает в контакт.

Шпенглер Закат Европы

05.07.2000

Сам О. Шпенглер под цивилизацией понимал в первую очередь последнюю, послекуль-турную стадию развития культуры. Она неотменимо предзадана любой локальной культуре в пределах ее тысячелетнего цикла развития. Этот акцент далеко не общезначим, он не стал принадлежностью идеи культуры как таковой. Другое дело характеристика внутренне присущих цивилизации черт. Здесь О. Шпенглер многое высказал за всю эпоху, существен­но скорректировав взгляд на современный мир под знаком культуры. В целом его можно обозначить как кризисный. Если идея культуры в творчестве Гердера оформилась в ее оптимистическом варианте, то исповедание культуры у Шпенглера глубоко пессимистично. Тем не менее с Гердером их роднит отношение к культуре как последней реальности. Оба они «культурники». Один — на стадии торжества идеи и мифа, другой — в период ее самоизживания. Начиная со Шпенглера тема культуры звучит главным образом как крити­ка культуры. До известных пределов критика культуры и принятие исповедания идеи культуры не противоречат, а скорее предполагают одно другое. Критические стрелы, на­правленные в XX веке в адрес культуры, хотя и симптоматичны, хотя и подрывают идею культуры, в еще большей степени способствуют продлению ее жизни. Исповедание культу­ры становится кризисным и трагичным, в этом его последние, но все-таки ресурсы. Траге­дия культуры в представлении XX века не только в том, что ей противостоит и ей непод­властен тот феномен, который уже не объяснить как «еще не культуру» варварства, но й в наличии посткультуры-цивилизации.

Живущий в нашей душе образ цивилизации ассоциируется у нас с началом механическим в противоположность органике культуры, с экстенсивным развитием, пришедшим на смену интенсивному, с противостоящим истине, добру и красоте утилитаризмом, с реальностью, обладающей инструментальной ценностью в противовес самоценному миру, который образу­ет культура, и так далее и тому подобное. Во всех этих противопоставлениях просматривается один общий им всем момент: цивилизация, как и